| RSS

АДЫГЕЯ LIFE

Понедельник, 23.10.2017, 17:58
Главная » Статьи » Религии

Особенности кутбизма 2 часть
2.2 Личность Кутба как вдохновителя политического исламизма
Исламистское новое мышление зародилось в Египте и Индии в 1920-х гг., но джихад приобрел современный вид как предписание ислама о радикальной наступательной войне только на основе трудов египетского мыслителя Сайида Кутба (умер в 1966 г.). Кутб развил предложенное Ибн Таймийа различие между «настоящими» и «фальшивыми» мусульманами и призвал считать не-исламистов не-мусульманами и на подобном основании объявить им джихад. В 1981 г. группа исламистов совершила теракт, в результате которого был убит Президент Египта Анвар Садат, и затем объявила, что ведение джихада – это путь к мировому господству .
Обратимся к личности человека, ставшего духовным вдохновителем политического исламизма новейшего времени.
Одним из лидеров «Братьев-мусульман», арестованных в 1954 г., был Сайид Кутб. Десять лет он провел в тюрьме Джарах близ Каира, где за это время написал труды, ставшие руководством и настольными книгами для исламистов всего мира (интересно, что переводы на язык фарси трудов Кутба были в свое время сделаны нынешним лидером революции аятоллой Али Хомейни). После того, как Кутб был осужден Египетским судом, другие лидеры Братьев оказались в Саудовской Аравии, где получили работу в местных университетах и финансовую поддержку от короля. Среди них был брат Кутба Мухаммад и некто Абдулла аль-Аззам, радикальный палестинский проповедник («эмир Джихада»), организовавший позднее в пакистанском городе Пешаваре так называемый Мактаб аль-Хидамат или Дом Служения, который стал основой для формирования будущей сети аль-Каиды. Будучи студентом университета короля Абд аль-Азиза в Джидде, Усама Бен Ладен, сын Мухаммада Бен Ладена, главного и самого успешного строительного подрядчика королевства и личного друга короля Фейсала, стал учеником Мухаммада Кутба и аль-Аззама.
Сам Сайид Кутб родился в 1906 году в маленьком селении в Верхнем Египте. Он обучался в светском учебном заведении и впоследствии работал инспектором школ в Министерстве образования. В 30-40-х годах ничто в его биографии не указывало на то, как неожиданно повернется его судьба в дальнейшем. Он писал литературно-критические эссе, днями болтался в кофейнях и написал роман, который с треском провалился. Интересно, что его обращение к радикальному исламу произошло во время учебы в США в 1948-52 гг. Он буквально воспылал ненавистью ко всему американскому, называл церкви «развлекательными центрами и площадками для сексуальных игр», был буквально шокирован уровнем эмансипации женщин. Немедленно после возвращения в Египет Сайид Кутб вступил в организацию «Братьев-мусульман» и стал главным редактором их газеты.
В тюрьме Кутб написал 30-томный тафсир (комментарии) к Священному Корану, но его главным трудом стала изданная в 1965 г. (после выхода из тюрьмы годом ранее по состоянию здоровья) книга «Маалим фи-иль тарик» (Указатели пути). В этом труде он пересмотрел идеи основателя «Братьев-мусульман» аль-Банна о том, что исламское государство возникнет в Египте мирным путем, через исламизацию всей нации, и выступал за захват власти в фашистско-большевистском стиле неким исламским авангардом, который проведет исламизацию сверху. Беспокойство вызывало то, что это предложение нарушало один из основополагающих принципов шариата, запрещающий насильственное свержение мусульманского правителя.
Кутб нашел разрешение этой дилеммы в трудах близкого ему по духу пакистанского современника Сайида Абу аль-Маудуди (1903-1979), основавшего в 1941 г. движение Джаммат-е-Ислами, характеризовавшего современное ему политическое устройство в мусульманских странах как частичную джахилийю, тем самым сравнивая проявления дикости, невежества и идолопоклонства в этих странах с доисламским арабским обществом. Но Кутб пошел дальше. Он утверждал, что в современном исламском государстве господствует никакая не частичная, а самая что ни на есть полная джахилийя (язычество): «Общество, чья юридическая система не основывается на божественном праве… не может считаться мусульманским, даже если его отдельные члены провозглашают себя мусульманами, совершают намаз, держат пост, и отправляются в хадж… В таком обществе джахилийя принимает формы исключительного права на создание общественных ценностей, принятие законов и правил общественного поведения, образа жизни, при этом никакого отношения не имеющего к тому, что предписано Всевышним».
Лишь бескомпромиссная реставрация того идеального симбиоза религии и государства, который существовал в VII веке в эпоху первых «праведных» халифов, сделает ислам завершенной системой - образом жизни, не нуждающимся ни в каких добавлениях, идущих от человеческого ума. И любой правитель, мусульманский, либо иной, если он стоит на пути установления такого порядка, может быть лишен власти, и это будет совершенно справедливо.
Эти размышления явно относились к президенту аль-Насеру и другой неудавшейся попытке покушения на него в 1965 г. Кутб был вновь арестован и после долгих допросов и пыток приговорен к смертной казни. Его повесили 29 августа 1966 г. Характерно, что главным обвинением, выдвинутым против этого мусульманского фундаменталиста, стала «попытка установления в стране марксистского режима». Но аль-Насер отлично понимал, что реальная опасность для его режима исходит от кутбовских определений существующего режима как джахилийи, а вовсе не от содержащихся в «Маалим фи-иль тарик» призывов к созданию бесклассового общества, в котором эгоистический индивидуализм и эксплуатация человека человеком будут упразднены. Именно на этих моментах строились основные обвинения против Кутба .

2.3 Экстремистская доктрина Кутба
Идеологически Кутб представлял наиболее экстремистское крыло «Братьев-мусульман». Именно он внес основной вклад в разработку доктрины «обвинения в неверии и ухода от мира» (ат-такфир ва-ль-хиджра). Суть этой доктрины заключалась в следующем: неприятие миром шариата в качестве источника власти (ал-хакимийя ал-исламийя) является причиной того, что в мире господствует джахилийя – духовное невежество, незнание истинного Бога и истинной веры, то есть ислама, многобожие, поклонение иному, помимо Бога (ширк). Исходя из этой посылки, Кутб, вопреки исламской традиции, делит человечество не на мусульман и немусульман, а на мусульман, строго придерживающихся законов шариата, и «неверных» (кяфир), то есть всех остальных. Между первыми и вторыми не может быть примирения и компромисса. Таким образом, Кутб относит к числу неверных и большинство мусульман.
С точки зрения Кутба, дар ал-ислам (земля ислама) – это лишь те государства, законом которых является шариат. Все остальные – это дар ал-харб. В состоянии «невежества» (джахилийя) пребывают коммунисты, идолопоклонники стран Востока и Африки, христиане и иудеи, исказившие веру, наконец, все мусульмане, кто не придерживается идеи абсолютного поклонения и подчинения (ислам) Единому Богу в интерпретации Кутба.
Кутб приходит к отрицанию национализма вообще, не говоря уже об арабском национализме. Идеологии секулярного мира предстают у Кутба новыми идолами, а грех идолопоклонства, согласно Корану, является тягчайшим из грехов. Для мусульманина, считает Кутб, его национальность заключена в исламе, в принадлежности к мусульманской общине (умма).
Разрабатывая социальные установки своей доктрины, Кутб писал в книге «Социальная справедливость в исламе», что все социальные проблемы разрешимы только на основе Корана. Ислам опирается на принцип социальной солидарности и приоритет общественных интересов, сбалансированных с личными интересами членов общины. Ислам и социализм, по мнению Кутба, – две непримиримые системы взглядов и образа жизни. Социализм, коммунизм и капитализм он относил к высшей ступени джахилийи, поскольку эти мировоззрения исходят из приоритета материального над духовным, в то время как в исламской доктрине делается упор на соединении всех духовных, моральных и социально-экономических элементов, определяющих как жизнь человека в целом, так и его материальный достаток. Однако нужно отметить, что представители левого крыла египетских «братьев-мусульман», например, Мухаммад ал-Газзали и Мустафа ас-Сибаи, придерживались иных взглядов на взаимоотношения ислама и социализма. Газзали даже выступил с доктриной «исламского социализма», основанного на идее единобожия и всечеловеческого братства (ал-Газзали 1951, ас-Сибаи 1959) .

2.4 Особенности становления Кутба как исламского политического идеолога
Стоит отметить, что небесполезно было бы осветить биографию данного мыслителя, так как особенности во взглядах Кутба во многом обусловлены определенными событиями в его жизни. Так, у Сайида Кутба рано проявился интерес к политике и социальным проблемам своего времени, во многом обусловленный влиянием семьи, поскольку его отец был вовлечен в политическую жизнь. Сам Кутб имел определенный опыт преподавания, общения с молодежной аудиторией, подрастающим поколением. Он начинал как провинциальный учитель, служил инспектором министерства просвещения, автором различных проектов реорганизации системы образования, которые были отвергнуты. Однако при этом стоит отметить, что после возвращения в 1951 г. из бессрочной командировки в США он подал в отставку и вступил в ассоциацию «Братьев-мусульман» и с тех пор уделял внимание не организации народного просвещения, а несколько иным вопросам, написав восемь произведений на исламскую социально-политическую тематику. Среди них наиболее известными и значимыми являются работы «Социальная справедливость в исламе», «Ислам и проблемы цивилизации», «Сражение ислама с капитализмом», «Вехи на пути Аллаха», «Ценности исламского представления» (последняя книга, написанная автором в тюрьме накануне вынесения смертного приговора), а также знаменитый тафсир Кутба «В сени Корана».
Кутб получил определенный опыт жизни в западных странах и в соответствии с этим знал реалии и проблемы капиталистического Запада не понаслышке, поскольку в 1947 г. был выслан в бессрочную командировку в США за критику режима короля Фарука. Кутб сочетал теоретическую работу с практической деятельностью, состоял в нелегальных оппозиционных группах, подвергался многочисленным арестам и преследованиям со стороны официальных властей, и, в конечном итоге, принял «мученическую смерть за веру», будучи казнен.
Апелляция Сайида Кутба к политическому исламу, мусульманскому возрождению не была изначальной. В биографии Кутба можно уверенно обозначить своеобразную «точку разрыва», четко разделяющую его жизнь на два качественно разных периода - до 1951 г. (его Кутб назвал датой своего нового рождения) и после него, когда Кутб вернулся из Соединенных Штатов и вступил в ассоциацию «Братьев-мусульман». Став членом данной организации, он в соответствии со своей концепцией резко порвал со всем тем, что связывало его с прежней жизнью и окружением. Если до 1951 г. Кутба привлекали социалистические идеи, то после вступления в «Ихван-аль-муслимин» он резко отмежевался от своих прежних духовных исканий, считая ислам беспрецедентным и не сопоставимым ни с какими изобретенными человеком теориями духовным феноменом, в то время как социализм он считал формой джахилийского невежества, никак не совместимого с исламом.
Стоит отметить, что предшествующий этому событию острый кризисный период в жизни Кутба, связанный с его высылкой в США, убедил в обманчивости «прелести» и мнимой привлекательности западной жизни, рекламируемой в странах третьего мира в качестве объекта восхищения и образца для подражания, а также укрепил в его резко антикапиталистической позиции. Для Кутба его пребывание в США, очевидно, было связано прежде всего с резким неприятием и отторжением американской действительности, ощущением гнетущего одиночества, обостренным чувством враждебности окружающего мира. По наиболее популярной версии, решающим событием, послужившим толчком к вступлению Кутба в ассоциацию «Братьев-мусульман», стало убийство ее основателя и лидера Хасана аль-Банны в 1949 г., которое было воспринято американской политической элитой как большой праздник. Безусловно, в данном случае имеет смысл обратить особое внимание и на специфику США, где в 1947 - 51 гг. жил Саид Кутб, которая обусловила не только безоговорочное неприятие им капиталистического пути развития, осознание подлинных устремлений и амбиций американского истеблишмента, но и оказала влияние на ряд отличительных черт его учения. Так, в концепции Кутба получила особое развитие идея о тотальной враждебности окружающей среды (в частности, современного общества) и об исламе как о революционной идеологии, бросающей вызов этой среде, а также сделан акцент не на универсальности, а на уникальности и беспрецедентности исламского послания, что будет подробнее проанализировано в дальнейшем.

2.5 Концепция Сайида Кутба
Сайид Кутб как мыслитель и политический деятель, обладал мощным протестным, нонконформистским запалом, который отразился и на всей его жизни, и на творчестве. Кутб является философом мусульманского возрождения, носителем представления об исламе не просто как о религии, но и как о революционном политическом проекте, основанном на принципе единобожия. В то же самое время в учении Сайида Кутба прослеживается исключительно мусульманская ориентация.
В предисловии к знаменитому труду «Вехи на пути Аллаха» Кутб поясняет, что она написана для мусульманского революционного авангарда, который в будущем возьмет на себя задачу возрождения ислама. Как указывает Кутб, данному авангарду «следует знать вехи на пути к цели так, чтобы они могли определить исходную позицию, природу, ответственность и конечную цель этого долгого путешествия». Таким образом, книга содержит наставления для будущих мусульманских революционеров, основанные на размышлениях Кутба над Священным Кораном.
В ней в частности говорится: «Человечество нуждается в новом руководстве! … Возникла необходимость в руководстве, которое смогло бы обеспечить сохранение и развитие материальной цивилизации …, вооружение человечества … реальной системой бытия, наставлением для жизни. Ислам, и только он, обладает такими ценностями и таким наставлением – программой на будущее» .
Введение к ней и главы были написаны Кутбом в разное время, а четыре главы – «Природа коранического метода», «Исламская идеология и культура», «Джихад во имя Аллаха» и «Возрождение мусульманского общества и его характеристики» - были взяты им из собственного тафсира «В сени Корана».
Сайид Кутб исходит из того, что «необходимо возродить то мусульманское общество, которое погребено под обломками придуманных людьми традиций нескольких поколений, и которое сокрушено под весом тех фальшивых законов и обычаев, не имеющих даже никакого отдаленного отношения к исламскому вероучению», при том, что, невзирая на это, следующие им именуют себя «исламским миром». В своих работах, в том числе и в книге «Вехи на пути Аллаха», Кутб представляет ислам, возрожденный в его первоначальной чистоте, в качестве революционной программы, имеющей практическую направленность - своеобразной инструкции к действию. Именно такой ислам Кутб представляет в качестве единственной панацеи от бед современного мира, целиком и полностью погрязшего в джахилийи (термин, обозначающий доисламский языческий период неведения) - такой же, как до прихода Пророка Мухаммеда, только намного более глубокой. Так, по его мнению, все наше окружение, верования, привычки и законы даже тех людей, которые живут в странах, именуемых исламскими, являются де-факто джахилийскими. Кутб настаивает на возрождении и насаждении ислама не только для арабов и исторически мусульманских стран, но и для всего человечества.
Рассуждения о битве ислама с джахилийей являются сквозной темой для всех произведений Сайида Кутба и сопоставимы с учением о противоборстве религии единобожия и ширка. Напомним, что и «джахилийя», и «ширк» - это традиционные исламские термины. В работе «Вехи на пути Аллаха» Кутб пишет: «Ислам строит основания веры и действия на принципе полного подчинения только Аллаху». Центральный постулат всей концепции Кутба, являющийся в том числе и отправной точкой при толковании вопроса о джахилийи, - вера в единственность Бога, ориентация на первый столп ислама - шахаду: «Ля илаха илля Ллахи ва Мухаммаду Ррасулю Ллахи» («Нет бога, кроме Аллаха, а Мухаммед - посланник Аллаха»). Исповедание единобожия является фундаментальной характеристикой и первоосновой исламского вероучения, и, как неоднократно подчеркивает в своих работах Кутб, все остальные положения мусульманской религии так или иначе являются производными от шахады.
Сайид Кутб рассматривает как неотъемлемую черту ислама неукоснительное следование божественным предписаниям, законам шариата, зафиксированным не только в писаниях, данных пророкам, и, прежде всего, в Коране, но и в Сунне Пророка. В данном контексте Кутб призывает обратить особое внимание на вторую часть шахады: "Мухаммед - посланник Аллаха”, ссылаясь, в частности, на аяты Корана: «Кто повинуется Посланнику, тот повинуется Аллах» (4:80); «И что даровал вам Посланник, то берите, а что он вам запретил, от того удержитесь» (59:7) . Джахилийя же, как подчеркивает Кутб, является ни чем иным, как незнанием либо забвением законов и принципов ислама, среди которых главнейшим является единобожие.
Джахилийя сопряжена с почитанием в качестве бога кого-либо, кроме Аллаха, равно как и с потаканием собственным прихотям и страстям, а также с подчинением законам, созданным людьми и предназначенным для реализации человеческих эгоистических и корыстных целей, т.е. она связана с ширком. В книге «Вехи на пути Аллаха» Кутб дает следующее определение: «Любое общество является джахилийским, если оно не посвящает себя повиновению только Аллаху в своих верованиях и идеях, в ритуалах почитания и правовых установлениях». Наиболее удручающий атрибут джахилийи - это наличие в обществе угнетения, эксплуатации и социальной несправедивости. Неотъемлемой чертой джахилийского общества является тирания, господство богатого меньшинства над бедным большинством. Угнетателей обслуживают поэты, призывающие поддерживать эту небольшую группку людей, узурпировавшую власть. Основой морали данного общества служит активно рекламируемый принцип: «Кто не угнетает - тот будет угнетен», люди в нем озабочены лишь безудержным удовлетворением своих физиологических потребностей, публицисты и журналисты пропагандируют секс без ограничений, в том числе и гомосексуализм, а развратная жизнь, проституция рассматривается как нечто, чем следует гордиться, в то время как ценность семьи, рождения и воспитания детей всячески дезавуируется. Как утверждает Кутб, мораль в джахилийском обществе ущемляется, касается лишь сферы экономики и отчасти политики (например, вопроса о государственных интересах и т.д.). В целом же люди не стремятся контролировать свои животные инстинкты и направлять их в полезное и конструктивное русло, они являются рабами и этих инстинктов, и других людей. Кутб особо оговаривает, что джахилийя - не теория, а способ организации общества, базирующаяся на особом способе кооперации индивидов, в основе которого лежат ими же придуманные правила. То есть, в конечном счете, все конституционные режимы, не живущие по законам шариата, являются джахилийскими, которые заслуживают лишь уничтожения, так как «все их теории и идеологические системы являются лишь легитимацией, оправданием существующих политических режимов и социальных отношений» .

2.6 Особенности интерпретации Корана в кутбизме
Все упомянутые тезисы Кутба в целом вписываются в рамки фундаменталистского направления в исламе. Однако Кутб предлагает иную интерпретацию принципа монотеизма. Так, информацию об онтологии Кутба мы можем почерпнуть, прежде всего, из его тафсира, который содержит размышления над аятами Корана и той картиной реальности, которая в нем обрисовывается. Так, ключевой в плане понимания исламской онтологии египетский идеолог считает маленькую мекканскую суру 112 «Чистота веры»:
«Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного!
Скажи: «Он - Аллах - Един,
Аллах вечный,
Он не родил и не был рожден,
И не был Ему равным ни один!»
В начале комментария к данной суре Кутб приводит слова Пророка о том, что она в смысловом отношении равна трети Корана. Сайид Кутб, в свою очередь, пишет, что сура «Чистота веры» «смогла вместить в себя основные черты, присущие огромной реальности ислама». Как подчеркивает идеолог, первый аят данной суры «должен стать глубоким внутренним убеждением, истолкованием бытия и программой жизни» мусульманина. Кутб обращает особое внимание на то, что употребление слова «ахад» («един») вместо, на первый взгляд, синонимичного ему «вахид» («единственный») не случайно и имеет глубокий онтологический смысл. Так, слово «ахад» означает также, что Аллах является единственной подлинно существующей реальностью, ибо «не существует ничего вместе с Ним, кроме Него самого, и что нет ничего подобного Ему». При этом мусульманин не просто видит проявления этой реальности во всех формах бытия, берущих от нее свое начало, но и по мере совершенствования в собственной вере «перестает замечать во всей Вселенной что-либо помимо Аллаха, так как ... считает, что истинная реальность есть нечто, присущее одному лишь Аллаху». Анализируя суру, Кутб отмечает важные положения своего понимания исламского вероучения: Аллах является единственным господином всего сущего, помимо которого нет никаких господ; сущность Аллаха является постоянной, вечной и изначальной, ему всегда и во всем присуще абсолютное совершенство. По убеждению Кутба, правомерно также ставить вопрос о том, что любое действие является, в конечном итоге, делом рук Аллаха, ибо «все сущее черпает свое бытие из этого истинного бытия, как черпает оно свою реальность из этой истинной реальности». Как отмечал Сайид Кутб в главе «Вселенский закон» работы «Вехи на пути Аллаха», согласно Корану вся Вселенная была сотворена Аллахом, появилась по его воле, и Аллах установил непреложные естественные законы, которым следует Вселенная и в соответствии с которыми различные ее части гармонично взаимодействуют друг с другом. В подтверждение собственных рассуждений Сайид Кутб приводит аяты Корана:
«Наше слово для чего-нибудь, когда мы пожелаем,- что мы скажем ему: «Будь!» - и оно бывает» (Пчелы, аят 42);
«…Он создал всякую вещь и размерил ее мерой» (Различение, аят 2).
Человек также является частью Вселенной, и как биологическое существо он не может существовать не по всеобщим законам, установленным Аллахом, он не способен каким-либо образом уклониться от следования им. Так, человек испытывает голод и жажду, воспроизводит себя в соответствии с законами природы, имеющими божественное происхождение. Шариат, предписания которого зафиксированы в Коране и Сунне, т.е. в Божественном Откровении, в свою очередь, является составной частью универсального закона, и следование ему обеспечивает установление гармонии между жизнедеятельностью человека и целой Вселенной, а также природой самого человека. В данном контексте невозможно не уделить внимание антропологическому аспекту философских воззрений Сайида Кутба. Он указывает, в частности, на аяты Корана, разъясняющие различные аспекты исламского взгляда на человека:
«И указали Мы ему две дороги - добра и зла»;
«И повели его на две высоты» (90:10);
«Мы указали ему путь, благодарен он или неблагодарен» (76:3);
«Всякая душа есть залог того, что она заслужила» (74:38);
«Истинно, не меняет Аллах положения людей, пока не изменят они того, что в сердцах их»(13:11).
Особое внимание Сайид Кутб уделяет проблеме дуализма духа и глины в человеке, отмечая присущую ему двойственность натуры. В тафсире «В сени Корана» Кутб пишет: «Конкретно под двойственностью мы подразумеваем природу его существа (человек создан из глины, и Аллах вдохнул в него дух Его), поскольку человек в равной степени предрасположен к добру и злу, истине и заблуждению. Человек способен распознать, что есть добро и что есть зло, а также направить свою душу как к добру, так и к злу в равной степени». При этом человеку присуща и сознательность, способность к различению добра и зла, что влечет за собой не только индивидуальную, но и коллективую ответственность людей за свои поступки и судьбу. Кутб подчеркивает, что «это и есть свобода, которой соответствует ответственность, способность, сопряженная с трудом, и дарование с соответствующей обязанностью». Выбор человека в пользу одной из указанных дорог обусловлен внешними факторами, которые «пробуждают, обостряют и направляют такую предрасположенность в ту или иную сторону». Поскольку все эти факторы подчинены Аллаху как единственной подлинной реальности, выбор человека и его свобода ограничены божественной волей.
Данные положения антропологической концепции Кутба обращают внимание на тот факт, что Аллах не предоставил человека самому себе, даровав ему послания, в которых содержатся основные предписания и заповеди, направляющие человека на путь добра. Что касается вопроса о миссии человека, то его трактовка Кутбом такова: человек является наместником Аллаха на Земле и должен быть исполнителем божественной воли в соответствии с теми откровениями, которые ему были ниспосланы. Сайид Кутб делает акцент на том, что если люди придерживаются пути, указанного Аллахом, то жизнь человеческого общества во всех ее аспектах находится в гармонии с миром, также существующим по божественным законам, а положение человека «становится даже выше, нежели статус ангелов». Однако, человек, наделенный свободой воли и выбора, может и уклониться от следования шариату - в таком случае общество, избравшее этот путь, является джахилийским и подлежит уничтожению: «Люди, живущие в соответствии с путем, предначертанным Аллахом – это мусульмане, а люди, идущие любым другим путем – язычники, которых не признает эта религия. Она пришла, чтобы ликвидировать язычество, сокрушить его основу, привести людей от поклонения себе подобным к поклонению Аллаху» .
Таким образом, можно сделать вывод об исключительном положении ислама. Природа у Сайида Кутба едина и полностью подчинена Аллаху - как пишет этот теоретик в тафсире «В сени Корана», «все сущее является воинством Аллаха».
Анализируя онтологическую концепцию этого исламского мыслителя, можно заключить, что Кутб весьма уязвим с точки зрения исламской теологии. Так, размышления Кутба об вселенском законе, в которых отчетливо прослеживается линия на пропаганду возврата человека к природе, свидетельствуют о том, что теоретик ассоциации «Братьев-мусульман» является космистом, что в целом противоречит Корану, в котором говорится о том, что человек является наместником Аллаха на Земле.
Специфическая позиция Кутба, согласно которой все общества, за исключением подлинного мусульманского, которое, по мнению философа, существовало во времена Пророка и в эпоху правления первых четырех халифов (Абу Бакра, Умара, Усмана и Али), однозначно являются джахилийскими и враждебными истинному исламу, и ныне имеет некий скандальный резонанс, вызывает много споров и служит основой обвинения теоретика ассоциации «Братьев-мусульман» в излишнем радикализме и оголтелости. Эта позиция становится еще более экстремистской в свете анализа ряда особенностей кутбовского взгляда на ислам как революционную программу, не сходного с шариатистским восприятием мусульманства.

2.7 Ислам в понимании Кутба
В своих работах Сайид Кутб делает акцент не на универсальности ислама, а на его уникальности и беспрецедентности. «Это [появление ислама] есть выдающееся событие в уникальный исторический момент - событие вселенского масштаба, которое завершило одну эпоху и ознаменовало начало новой эры на этой планете. Оно явилось поворотным судьбоносным моментом в истории всего человечества, а не в истории одной нации или одного поколения», - пишет теоретик «Ассоциации братьев-мусульман» в тафсире «В сени Корана». Безусловно, в своих работах Кутб отмечает и универсальность мусульманского вероучения в следующих ее проявлениях. С одной стороны, по выражению Кутба, «ислам касается всех аспектов жизни человека, он подобен сильному, высокому дереву, чья тень простирается далеко и широко и чьи ветви достигают неба, и которое пускает корни глубоко в землю». Кутб подчеркивает, что мусульманство «представляет собой целостную программу, и поэтому нормы поклонения, принятые в этой религии, находятся во взаимодействии с ее обрядами, а личные обязанности - с обязанностями общественными, и все это направлено на достижение того, что пойдет на пользу всем людям», поэтому все предписания Корана и Сунны обязательны для мусульман. С другой стороны, ислам выступает как революционное послание, предназначенное для всего человечества и не ограниченное какими-либо географическими либо национальными барьерами. Однако Кутб особо подчеркивает, что с приходом ислама «ход истории человечества изменился таким образом, примера которому никогда не было в прошлом, как и не случилось ничего подобного после этого», ибо «человек обрел свое новое рождение, получив с неба, а не на земле свои ценности, и почерпнув свой Закон из божественного откровения, а не по чьй-то прихоти».
Кутб не допускал сравнение ислама с каким-либо другим общественным устройством и считал это абсолютно некорректным и бессмысленным в силу ряда причин.
Во-первых, он настаивал на качественном отличии мусульманского вероучения от всех иных теорий на том основании, что ислам ниспослан человеку Аллахом и является составной частью действующих во Вселенной универсальных и непреложных законов, а все прочие идеологии изобретены людьми, которые не способны до конца познать эти законы, равно как и самостоятельно изобрести разумные и справедливые правила для организации жизни общества. Все те нормы, которые в основании своем имеют неисламские источники, Кутб автоматически относил в разряд джахилийских. Идеолог «Братьев-мусульман» весьма категорично писал в своих «Вехах» о том, что «существует только одна партия Аллаха, все прочие являются партиями Сатаны и неповиновения», и «есть только один закон, которому стоит следовать, и это - Шариат Аллаха, все остальное основано на эмоциях и импульсах», поскольку «существует только один путь к Аллаху, другие же дороги не ведут к Нему». При этом Кутб вполне допускал, что джахилийские представления могут включать в себя и некоторые элементы истинности, что особенно характерно для верований, содержащие в себе осколки монотеистической традиции. Однако, по мнению Кутба, это не должно иметь для мусульман никакого значения, поскольку, как пишет этот идеолог в своем тафсире, «язычество есть язычество, а ислам есть ислам. Различия между ними велики, а единственным путем преодоления этих различий может стать только полный отказ от язычества и полное присоединение к исламу» - иными словами, противоречие между джахилийей и исламом носит абсолютный характер. По убеждению египетского мыслителя, у мусульман не может быть никаких компромиссов с джахилийей ни в теории, ни на практике, поскольку альтернатива такова: либо ислам, либо джахилийя - их сосуществование исключено.
Сайид Кутб полагал вполне приемлемым и, более того, полезным для мусульман заимствовать лишь научные и технические достижения западной цивилизации, поскольку они основаны на экспериментальном методе, активно использовать который в Европе начали в эпоху Возрождения и позднее в Новое время. Кутб отмечает, что успешно применяемый в научных исследованиях экспериментальный метод был заимствован Западом именно у мусульман, поскольку на нем были основаны процветавшие в Халифате науки. Кроме того, в соответствии с концепцией самого Кутба, естествознание базируется не на изобретении, а на открытии объективных законов природы, созданных Аллахом, а потому не важно, занимается данными исследованиями мусульманин или представитель какой-либо иной конфессии либо неверующий. Однако, по мнению Сайида Кутба, обращение мусульман к наследию западных гуманитарных дисциплин абсолютно недопустимо, ибо «философия, интерпретация истории, психология (за исключением тех результатов наблюдений и экспериментов, которые не основаны на чьем-либо мнении), этика, теология и сравнительное религиоведение (кроме статистики и наблюдений) - все эти науки в прошлом формировались и в настоящем развиваются под влиянием джахилийских верований и традиций».
Во-вторых, существует еще один уже упомянутый аспект восприятия Кутбом джахилийи - так, она - не теория, а способ организации общества, характеризующийся существованием определенных политических институтов, экономических отношений, традиций и уклада жизни людей. Различные теории лишь оправдывают существующие в обществе отношения. Ислам, в свою очередь, тоже является не абстрактной системой представлений, а программой переустройства общества, имеющей практическую направленность, точно так же как Коран представляет собой не источник информации о мире, а руководство к действию, инструкцию по претворению данной программы в жизнь. В соответствии с этим Кутб поясняет, что задача мусульман заключается не в том, чтобы критиковать джахилийские взгляды и представления, а в том, чтобы, ознакомив людей с исламом как революционной программой, уничтожить существующую систему отношений, основанную на эксплуатации человека человеком и социальной несправедливостью. Тем не менее, наличие в творчестве Кутба скрытых параллелей с экзистенциализмом - факт интересный и заслуживающий внимания. Во-первых, это открытие заставляет лишний раз задуматься об истоках европейской философской мысли, в особенности антибуржуазной, протестно-нонконформистской направленности. Во-вторых, в данном контексте легко продемонстрировать специфику его концепции. Так, при беглом ознакомлении идеолог ассоциации «Братьев-мусульман» может показаться автором довольно прямолинейным, категоричным и резким в оценках, а его теория - внутренне целостной и излишне упрощенной. Тем не менее, более детальный анализ выявляет неоднозначность философии Кутба, которая гораздо сложнее, чем это поначалу представляется, поскольку она содержит в себе множество пластов, и в то же время не свободна от достаточно глубоких внутренних противоречий и серьезных изъянов. В связи с этим любопытно отметить, что «экзистенциалистские» мотивы в творчестве Кутба присутствуют не только в антропологии. Например, египетский теоретик пишет о том, что сподвижники Пророка, воодушевленные мусульманской верой, сами превратились в живое воплощение идей ислама, а Коран стал частью их личности. Неизвестно, изучал ли Кутб труды философов-экзистенциалистов, однако наличие определенных параллелей просматривается в его творчестве вполне очевидно.
Однако вернемся к вопросу о специфике кутбовского восприятия ислама. Как уже было отмечено в начале нашего исследования, Сайид Кутб настаивает на необходимости возрождения первоначального мухаммедовского ислама, и это положение является одним из краеугольных камней его концепции. Кутб делает акцент на практическом измерении возрождения ислама, говоря о необходимости организации мусульманского политического движения, члены которого должны являться носителями исламской революционной программы преобразования общества. Однако, Кутб не уделяет особого внимания таким аспектам возрождения ислама, как реформа мусульманского теологического образования, необходимость расширенного применения иджтихада и т.п. Более того, Кутб, признавая возможность применения иджтихада в отношении вопросов, на которые нет ответа в Коране и Сунне, в целом считал вредным излишнее увлечение проектами реформирования мусульманского права и расценивал их активное обсуждение как занятие гипотетическими проблемами, за которым скрывается отвлечение от реальных и насущных задач. В свете этого становится актуальным вопрос о движущих силах революции, о средствах ведения борьбы (в первую очередь о джихаде), а также о сущности ислама как политической идеологии и целях мусульманского движения.












Категория: Религии | Добавил: sharkboy (24.12.2010)
Просмотров: 1301 | Рейтинг: 1.5/2
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: